XXIV

Вечером, когда солнце закатилось за «Ведьмину гору», подобрав свои огненные лучи, но продолжая проливать свет на один из лучших миров, в калитку «Кошачьего хутора» вошел Петр Алексеевич в форме, с папкой под мышкой. Он собирался нанести визит сюда, да все откладывал, находя уважительные причины, а тут вызывает его старший участковый инспектор (его прямой начальник) и говорит ему так мол и так, иди и узнай кто она (хозяйка хутора), да как она и что почем. Петр Алексеевич удивился, но принял к исполнению, воля начальника и его совпадали в этот раз.

Поискал дверной звонок, не нашел, постучал в дверь, никто не отозвался. Тогда участковый обошел дом и там рядом с сараями обнаружил хозяйку, перебиравшую охапки травы.
— Здравствуйте, — приветствовал он, — что у вас за трава?

Та посмотрела на него удивленно и ответила:
— Конопля, что сам не видишь?
— Как конопля? — удивился полицейский.
— Ты дебил? — поинтересовалась она.

Петр Алексеевич опешил от такой наглости, он хотел возразить, но не нашел, что сказать и остался стоять с открытым ртом. Женщина стояла и смотрела на него. Участковый начинал «закипать», осознавая, что выглядит глупо в данный момент, да и слово дебил было для него, как для быка красная тряпка.
— Да тут хранение в особо крупных с целью сбыта, — недобро прищурившись начал полицейский.
— Что? Пошел вон с моего двора, мусор, — закричала на него женщина.

Петра Алексеевича этот крик ужасно напугал, он попытался овладеть собой и принять меры соответствующие его должности и званию, но тут откуда-то появился перед ним огромный серый кот, даже не кот, а по размерам целый леопард.

Зверюга прижал уши, выгнул спину со вставшей дыбом шерстью и грозно недобро зашипел на него; участковый инспектор бросился бежать прочь, не помня себя.

Опомнился он за калиткой хутора, обнаружил, что потерял при побеге папку и фуражку.

«Вот черт!» — выругался он мысленно, очень ему не хотелось идти назад, а нужно.
— Здравствуйте, Петр Алексеевич, — услышал он, позади себя, повернулся и уперся глазами в Алевтину.
— Вы ко мне? — поинтересовалась она.
— Я? — удивленно отозвался участковый.
— Ну да, — удивилась в свою очередь Алевтина.
— А-а-а как вы тут?
— Извините? — не поняла Алевтина.
— Вы же там, в другой одежде, вы бежали за мной?
— Откуда бежала?

Петр Алексеевич наморщил лоб и сказал:
—Я у вас там, за домом потерял фуражку и папку с документами.
— Правда?
— Правда, — подтвердил он.
— Когда?
— Только что.
— Так пойдемте и поищем пропажу.
— Там огромный серый кот, как леопард, ваш?
— Как леопард? Серый?
— Огромный, — участковый начал показывать руками размеры кота.

Алевтина с сомнением смотрела на него.
— И нельзя так разговаривать с представителями власти при исполнении, что еще за дебил?
— Петр Алексеевич, простите ради бога, но я не могу вас понять.

Мужчина задумался и начал понимать, что наговорил сейчас полную чушь и выглядит снова довольно глупо.
— Пойдемте поищем вашу потерю, а заодно посмотрим на кота, — предложила ему женщина.

Полицейский последовал за женщиной, зашли за дом, подошли к сараям по дороге были найдены папка и фуражка. Петр Алексеевич отряхнул и нацепил фуражку на голову, папку под мышку. Подошли к сараям, над кучей травы стоял Олег с видом труженика. — Что за трава? Откуда? — грозно спросил блюститель закона и порядка.

Алевтина пожала плечами и вопросительно посмотрела на своего работника.
— С огорода сорняк, лебеда, полынь ну и прочая ботва, — с недоумением ответил Олег.
— А не конопля? — ехидно спросил участковый, словно выводит на «чистую воду» завравшегося преступника.
— Так посмотрите сами, — предложил Олег.

Петр Алексеевич понял, что это действительно сорняк с огорода, опять глупое положение.
— Где она? — спросил свирепо он.
— Кто? — не понял Олег.
— Женщина.
— Рядом с вами, — ответил ему Олег.
— Не эта.
— Какая? — вскинул в удивлении брови Олег.
— На эту похожая, — указал полицейский пальцем на Алевтину.

Олег перевел взгляд на хозяйку дома, в котором читался вопрос: «Он о чем?».
— А вы собственно говоря где были, гражданочка? — обратился подозрительно участковый к Алевтине, и понял, что в очередной раз представил миру свою глупость, здесь он полностью расстроился чуть ли не до слез.
— Пойдемте в дом, милый Петр Алексеевич, — предложила хозяйка, — день, я смотрю, у вас был тяжелый, да и жара стоит не милосердная, позвольте я вас угощу чудесным слабоалкогольным напитком, пойдемте, — и она увлекла его за собой в дом. Петр Алексеевич, кстати, особо и не сопротивлялся, словосочетание «алкогольный напиток» действовало на него гипнотически.