XXXXXII

Татьяну следователь Кравец из дому извлечь не смогла. Да и ее, Татьяны, дома не оказалось, она была помещена в дорогую клинику в большом городе далеко от этих мест. Ирина Николаевна хотела подать ориентировку на розыск потерпевшей по уголовному делу, но ее начальник сказал ей, по-дружески: «Ирин, закрывай дело, там что-то нехорошее». «А как закрывать? Получается, мы просто так подозреваемую в тюрьму определи, за побои, понимаете? а она уже месяц в СИЗО, как вы предлагаете это сделать?». Начальник вздохнул и сказал: «Ирин, надо что-то придумать, ну ты же умница, а? Придумай ради бога, а то край». Он провел рукой по горлу, словно ножом отрезал себе голову. Ирина Николаевна закатила глаза ко лбу, мол: ну и просьба, вслух сказала: «Нужен крайний, если хотите без осложнений?» «Какой крайний?» — сделал вид, что не понял начальник. «Ее в тюрьму кто определил? Вы или еще кто, она бабой может оказаться не простой и что тогда? Потерпевшая, я так понимаю, не потерпевшая больше?» — поинтересовалась Ирина. Начальник махнул рукой: «Делай как знаешь, но только ни меня, ни отдел не подставлять». «Чтобы не подставлять, кого-то нужно наказать» — наставительно сказала следователь. «Ты меня услышала». Ирина браво козырнула левой рукой и с улыбкой вышла из кабинета.

Летнее теплое утро — враг сна, абсолютно не хочется спать, когда солнце заглядывает в окно, приглашая поскорей вылезти из кровати, покинуть помещение и приветствовать начало нового дня.

Совсем не хочется таким утром идти на работу, есть огромное желание рвануть на реку в объятья ласковых, нежных волн, но долг требует выполнять возложенные на себя трудовые обязанности. И вот селяне торопятся на автобусную остановку, нельзя опоздать на утренний рейс, другой автобус будет только в обед.

В десять часов утра ворота тюрьмы распахнулись перед Алевтиной и выпустили ее из заключения. Свобода нежно погладила ее по голове своими теплыми лучами как бы говоря: «С освобождением».

Женщина стояла и щурилась как кошка, купаясь в лучах солнца.
— Суда не будет, закрою дело, — сказала ей стоящая рядом следователь Кравец.
— Это хорошо, — одобрительно сказала Алевтина, — не нравятся мне все эти суды и подобные им мероприятия, время жалко на них терять.
— Ну будь здорова, больше не балуй, — наставительно произнесла Кравец.

Алевтина посмотрела на нее весело:
— Увидимся еще.