IV

Фил и старший товарищ по возрасту и должности спустились в подвал заводского здания, где в сырых, темных лабиринтах, наполненных линиями больших и малых труб: по одним из которых перемещалась вода, в других были уложены электрические провода; толстые высоковольтные кабеля пыльно чернели на серых стенах, уложенные на специальные опоры. Здесь в дали от солнечного света и от глаз руководства завода, да и всего мира имелось место подпольной жизни. Жизни электриков, сантехников, котельщиков и складских работников. Здесь располагался склад ненужных вещей: что-то вроде мини свалки. Там хранились списанные вещи, которые были не нужны, но выкинуть было жалко — вдруг пригодятся. Были здесь и шкафы с силовыми кабелями, распределительные электрические щетки, чернели глыбами насосы, перегоняющие воду по сантехническим магистралям: в общем жизнь, здесь была.

К одному такому хранилищу и направлялись два товарища по работе.
— Здесь, сказал спутник Фила, остановившись напротив двери, — держи фонарь, свети, я открою замок.

Замок благополучно открылся, дверь распахнулась, щелкнул выключатель и складское помещение осветилось тусклым светом. Старший работник полез копаться в хламе, который пылился в помещении склада, а Фил остался снаружи играться с электрическим фонариком. Желто – оранжевый свет рассекал мрак подземелья, вырывая из мрака древний хлам, пустые бутылки из-под водки, маленькие темные пузырьки, освобожденные от спирта, пирамиды деревянных ящиков с чем-то и кучу металлолома. Скользя по всему этому добру свет, отгоняющий тьму неожиданно что-то спугнул, Фил это скорее почувствовал, чем увидел: чернота скользнула как будто испуганно в сторону. Словно сняли слой со мрака, а темень под этим слоем была разбавленная маленьким–маленьким количеством света. Эта крошечная частица света создавала сильный контраст между темнотой и кромешным мраком. Фил почувствовал дикий первобытный ужас, возможно на заре человечества люди испытывали такой же, смотря в бездну неведомого, в которой их ждала не объяснимая, но неминуемая гибель. Парень даже не понял, чего именно он испугался, и откуда родился этот ужас; желание броситься бежать изо всех сил к выходу разом наполнило его. И он бы побежал, но человеческий голос остановил его и прогнал страх.
— Ты что там стоишь, как статуя? Суда иди, я что один тут лазать буду?

Фил вошел из темноты в светлое помещение. Здесь он почувствовал себя спокойней. «Что за ерунда со мной, — подумал он, — что меня напугало?».
— Ты бери мешок с ветошью, а я упаковку перчаток занесу их ей. А ты иди в цех.

«Занесешь и просидишь там до обеда, и вроде бы при деле на работе». — подумал Фил. Но мысли его непроизвольно вернулись к его страхам. «Что это было?»,—думалось ему.

Взяв мешок с ветошью Фил спешно двинулся к выходу из подземелья: необъяснимый страх гнал его наверх к свету.
— Э, ты куда разогнался? — окрикнул его спутник, не успевавший за ним.
— Да никуда.
— Что, темноты боишься?
— Да нет, — возразил Фил, испугавшись того, что его испуг был обнаружен. Он специально приостановился и направил свет в темный проход. Свет нырнул в проход и вырвал из тьмы светло–серебряное пятно. Это заинтересовало его и напугало одновременно. «Да что со мной?», — устыдился парень сам себя.
— Что встал? То не угнаться, а то замер, — упрекнул его старший работник.
— Глянь, там непонятка какая-то, — сказал Фил, указав лучом о чем он говорит.

Мужчина молча шагнул в темноту за светом фонаря.
— Ничего себе! Ух ты! — услышал Фил возглас рабочего, — а ну иди посвяти.

Фил подошел и удивился увиденному: перед ними лежал рабочий, судя по серебряному комбинезону толи электрик, толи слесарь. То, что он был мертв, сомнений не было: так как он был похож на высохшую мумию, кожа да кости, в прямом смысле этого слова.
— И сколько же он тут лежит? — спросил старший рабочий.
— Судя по тому как высох, долго.
— С зимы, наверное, давай, Фил, пойдем расскажем Службе Безопасности, пусть разбираются.
— Давай, — сказал Фил и непроизвольно свистанул в темноту, и там снова чернота шарахнулась в сторону глубокого мрака. Это явление его напугало снова. «Да что это, с ума схожу что ли», — подумал он, а вслух сказал нервно:
— Идем отсюда.